Интервью с режиссером Ириной Васильевой

На минувшей неделе канал «Культура» показал новые серии документального фильма «Ищу учителя», первые серии которого вышли в 2012 году, как раз когда велись бурные дискуссии по поводу реформы отечественного образования. Показ новых четырех серий картины подтвердил уже поставленный диагноз: школа болеет, если не реформируется и если в ней нет талантливых педагогов. Автор фильма режиссер Ирина ВАСИЛЬЕВА рассказала о том, как рождался этот сериал, с какими трудностями пришлось столкнуться героям фильмов и участникам проекта. 

– Ирина, что заставило вас мотаться по городам и весям в поиске учителей? 

– Лично у меня нет никаких сантиментов по отношению к школе. Импульс исходил от моего мужа, продюсера Александра Радова, он в своей прошлой журналистской жизни много писал о школе. Но главной движущей силой был Виталий Трояновский – страстный инициатор благородных идей на «Культуре». Но это была идея не только благородная, но и рисковая: затронуть тему, реально цепляющую всех, кровоточащую, ключевую. Первые пять серий «Ищу учителя» вышли год назад и подтвердили диагноз: школу реформировать необходимо. Только совсем по-другому. У нас еще существуют потрясающие авторские школы, произведения педагогического искусства, учителя – настоящие гении, подлинные художники… Как подсчитал наш эксперт Александр Привалов, школами в подлинном смысле может считаться не больше 15% от общего их числа. Остальные выпускают людей, не обученных и к дальнейшему обучению не пригодных. Ясно, что ничто массовое не может быть идеальным. Мечтать можно лишь о том, чтобы массовая школа была сносной. А что касается реформы – это убийство образования. Но это уже отдельная тема.  – А какую задачу поставили вы? 

– Наша задача – показать тех, кто может быть поводырями в этом дремучем лесу (Ямбург, Амонашвили, Шаталов, Лысенкова, Казарновский), чтобы побороть растерянность людей, которые просто не в курсе, что у нас в отечестве есть мощная педагогическая традиция, способная отвечать на новые вызовы и не захлебнуться в потоках новизны. Там были острые вещи, когда, например, Евгений Ямбург приводил пример снижения гуманитарности – количество часов на русскую литературу по новым нормативам точно совпало с теми нормами, которые в перспективе отводила фашистская Германия завоеванным славянским народам. 200 часов в год. Случайное совпадение? Поварившись в школьной тематике, я подозреваю, что одичание, уплощение, упрощение, натаскивание и весь тренд – никакой не побочный эффект, непродуманность реформ, а целенаправленное желание получить на выходе из школы народец попроще, чтоб не умничал. И ведь ничего демонического, азбука любого управленца – простыми системами управлять проще. 

– То есть государству выгодно плохо учить? 

– Ситуация катастрофична для государства, но удобна для чиновника. Отсюда сокращение бюджета на образование. Отсюда зверский закон в Трудовом кодексе, позволяющий уволить любого директора школы в одночасье без объяснения причин. Сиди, бойся, не высовывайся, будь управляем – вот что говорит этот закон всякому директору школы. Герои наших фильмов – настоящие герои. Они высовываются, отдавая себе отчет в рисках. Вот Андрей и Людмила Курбатовы придумали и сделали уникальную школу как социальный заказ родителей самого неблагополучного Южнопортового района Москвы и побороли наркоманию, криминал среди детей, вчерашние двоечники стали победителями олимпиад. Именно эта школа вышла на мировой уровень, проводя педагогические семинары, принимая делегации из многих стран, дети болели в четыре раза меньше, чем в типовой школе через дорогу, занимались в 150 кружках, всей школой пели гимн России – да за одно это государство, взыскующее патриотизм, на руках бы их носило. Но законно выбранную Людмилу Курбатову, 20 лет жившую этой школой, сняли в одночасье по тому самому федеральному закону, назначив директором человека, который до этого торговал икрой и «КамАЗами». Он выполнил задание департамента образования, развалил школу за год. Дважды суд признавал увольнение Курбатовых незаконным. Но чиновники пошли на повышение, а Курбатовы фактически получили запрет на профессию. 

– Что они делают теперь? 

– Курбатовы не уезжают из страны, хотя их везде приглашают реализовать свою педагогическую систему. В одной только Германии их методику используют 300 школ. А они говорят: мы патриоты. Фантастически упрямые люди, стоики. Без этого качества не может быть у нас сегодня настоящего учителя. Все наши герои работают вопреки, а не благодаря государству. Хотя, по сути, они его спасители. Абсурд какой-то, что именно они, самые светлые, романтичные, патриотичные, творческие, оказываются сегодня на линии огня, спасая детей от всех форм растления и одичания, боюсь, уже не обратимых для взрослого народа. Правящий класс, бюрократия, стоит на страже эгоистических интересов, и с ней не может справиться даже политическая воля. А возьмите директора Казанского лицея для интеллектуально увлеченных детей Павла Шмакова, его в конце 1990-х выдавили аж в Финляндию, где он стал очень известным учителем. Финляндия, отменившая систему надзора типа нашего РОНО, быстро вышла в лидеры образования. Новый прогрессивный мэр Казани, будучи там с делегацией, этим вопросом очень интересовался, ему и представили образцового его соотечественника. Он Шмакова уговорил вернуться с гарантиями защиты от произвола чиновников на самом высшем уровне. Дети спасли. Собрали в Интернете нынешней осенью больше 60 тысяч подписей и к нам обратились – помогите, мы хотим учиться в этой школе. 

– Хотя бы знаменитого педагога Сергея Семенова, надеюсь, чиновники не трогают? 

– Сергей Семенов из псковского городка Себеж, герой первого фильма этого сезона, гремучая смесь Андерсена и Макаренко, награжденный за уникальный свой метод самой датской королевой, после фильма горько вздохнул. Вместо поздравлений, услышал от коллег: «Теперь жди проверок». А то их мало! Только что закончилась в его спецучилище для трудных подростков проверка ФСБ (!). Что еще за «посланник Андерсена в России»?! А уж для органов управления школами какой соблазн, какой зуд само существование авторских школ! Даже такие звезды нашей педагогики, как Евгений Ямбург, Сергей Казарновский, герои наших предыдущих серий, и Юлия Грицай, преемница Александра Тубельского, создателя Школы самоопределения, – все беззащитны, все живые мишени, ну не выгодны они чиновникам, не интересны. 

– Авторская школа обречена? 

– Авторская школа, расцветом которой мы обязаны 1990 годам, сегодня из последних сил борется за успех безнадежного своего дела, пытается сохранить уникальные открытия педагогики сотрудничества, академической традиции физико-математических школ, принцип вариативности. А наше счастье – продемонстрировать этих последних идеалистов, которые верят, что мир через детей можно изменить к лучшему. Наш эксперт – историк педагогики Анатолий Цирюльников – интересное наблюдение сделал. В кризисные эпохи общество инстинктивно хватается за реформирование образования – всем становится очевидно, что государство не может дальше существовать с таким уровнем цинизма и воровства, нужно срочно выращивать других людей, надо менять школу, надо успеть, пока не рвануло. И всегда не успевают. Так, в начале ХХ века эти реформы шли волна за волной и разрабатывались всеми политическими силами, и красными, и белыми, и даже зелеными. Уже шла Гражданская война, а Дума решала школьный вопрос. Не успели тогда. И сейчас тоже, кажется, не успеваем.
 
Ирина ВАСИЛЬЕВА – сценарист, режиссер-документалист, арт-директор студии «Фишка-фильм», лауреат национальной премии «Лавр» и многих отечественных и международных фестивалей. Автор и режиссер телевизионных циклов «Страданья» (8 фильмов), «Беседы с мудрецами» (4 фильма), «Открытость бездне Достоевского» (4 фильма), «Ищу учителя» (8 фильмов), а также более чем 30 документальных фильмов.

Добавить комментарий